О проблемах реализации стратегии развития Югры и необходимого сотрудничества власти и различных слоев общества

Доктор экономических наук, профессор, зав. сектором ИЭОПП СО РАН, зав кафедрой ГУ-ВШЭ

Очень непросто определить вектор будущего развития экономики и социальной сферы такой сложной и непростой территории, каковой является Югра. Очень многое сделано за предыдущие годы – особенно за последние 10–12 лет. Территория округа во все большей степени благоустраивается – развивается дорожная сеть, города и населенные пункты становятся все более удобными для проживания – постепенно уходят в прошлое островки временного жилья и остатки временных схем жизнеобеспечения.
Много сделано, но все еще многое предстоит сделать.

То, что сделано за последние годы, – во многом реализация отложенных мер, которые не были осуществлены своевременно в период интенсивного освоения недр земли югорской. От задачи – дать Родине нефть, газ, электроэнергию и лес – округ постепенно переходит к решению более сложной задачи – сделать территорию комфортной для проживания и деятельности и ныне живущему и будущим поколениям жителей. С одной стороны, решение такой задачи требует повышения условий жизни и деятельности отдельного конкретного человека – жилье, отдых, образование, медицина, культура, экология и проч.

С другой стороны, решение подобной задачи немыслимо без развития экономики и социальной сферы территории в целом. Никого не удовлетворят хорошие условия на производстве без хороших условий в повседневной жизни, и наоборот.

Достигнутые за последние 10–12 лет результаты являются во многом плодом реализации территорией тех возможностей, которые появились в 90-е годы с расширением прав и полномочий в использовании экономического и ресурсного потенциала. Территория стала получать часть доходов от добычи минеральных ресурсов и производимых товаров и услуг. В 2000-е годы, несмотря на изменение степени участия территории в получении доходов (в виде налоговых поступлений), Югре, тем не менее, удалось сохранить набранный темп и выдержать те приоритеты, о которых сказано выше.

Однако реализация данных возможностей во многом следствие тех перераспределительных процессов, которые начались в России в начале 90-х годов и продолжаются (с разной степенью интенсивности) и по настоящее время. Что это означает? Ориентацию на использование доходов от того производственно–экономического потенциала, который был создан на протяжении десятилетий трудом и усилиями всего СССР. До сих пор доля нефти, добываемой за счет введенных в тот период месторождений, весьма значительна – по разным оценкам – от 55 до 65 % всей добычи на территории Югры. Не секрет, что рост добычи в последние годы также во многом достигнут за счет интенсификации добычи все на тех же «старых» месторождениях. Однако рано или поздно возможности развития по этому пути сужаются и становятся все менее и менее возможными.

Лейтмотивом деятельности всех ветвей власти ХМАО–Югры в последние годы является поиск путей и направлений устойчивого развития территории в будущем. Суть поднимаемых стратегических вопросов одна – как и за счет чего жить в дальнейшем?
Все осознают то, что традиционная схема решения почти всех проблем Югры – «уровень добычи – уровень жизни» – в будущем не будет определяющей.Предлагается другая схема «уровень добычи – уровень развития экономики – уровень жизни». Надо создать – пока это возможно – другие конкурентоспособные производства и направления хозяйственной деятельности, за счет которых округ выйдет на новую траекторию развития. Разумно? Вполне! Вроде бы все очевидно: на «входе» – затраты, на «выходе»– результаты: процветающая и устойчивая (прежде всего, к колебаниям сырьевой рыночной конъюнктуры) – экономика Югры.

Реализуемо?
Нет, не совсем.
Подходы к решению проблемы отстают от требований времени и особенности новой ситуации. Более того, предлагается повторить на региональном уровне опыт предшественников – Госплана СССР и федеральных органов власти суверенной России по разработке и реализации планов и программ, разработанных на уровне правительства округа. А именно: разработать и реализовать программу развития лесоперерабатывающей, нефтехимической, рыбной отраслей и т.д. Такой подход в современных условиях почти не имеет шансов на успех. Да, можно построить дорогу, обновить инфраструктуру, создать новые производства. Но при таком подходе нельзя обеспечить экономически эффективное и социально целесообразное функционирование и развитие объектов и проектов.

Опыт ХМАО–Югры (последнего десятилетия в особенности) показывает ряд примеров из этой области – гостиничное хозяйство, лесная отрасль, «девелоперские» проекты (как на территории округа, так и за его пределами) в ряде случаев демонстрируют примеры затратного, «освоенческого» подхода. Такой подход можно охарактеризовать такими ключевыми понятиями, как – вложить средства, освоить смету, завершить проект в срок, создать рабочие места, ввести мощность. Все это рассматривается на основе «бизнес–плана» и, как правило, без учета особенностей различных форм и подходов к реализации аналогичных проектов и функционирования созданных производств. Плановая экономика плоха не тем, что план плох (методы оптимального планирования, разработанные в СССР, даже получили Нобелевскую премию), а тем, что игнорировалась стадия выработки и реализации «хороших» плановых решений. Что это означает с точки зрения ХМАО–Югры? То, что необходимо ориентироваться не на реализацию программных мероприятий, а на создание условий, побуждающих инициативных, предприимчивых и ищущих людей принимать хозяйственный риск при осуществлении проектов и в экономике, и в социальной сфере.

В настоящее время развитие инициативы и духа предприимчивости в производственной сфере важно для экономики ХМАО–Югры как никогда. Если в начале 90-х был достаточно значительный производственный потенциал, полученный в наследство от плановой экономики, то к настоящему времени этот потенциал во многом исчерпан. Как же быть? Ответ прозвучал на заседании Правительства ХМАО–Югры, материалы которого представлены в настоящем номере журнала – создавать поле для развития инноваций.

Тогда в чем же дело, спросит читатель? Ответ прост – в понимании процесса «инноваций» и вытекающему из этого понимания подхода к их осуществлению.
К сожалению, в настоящее время произошла подмена понятия «внедрение достижений научно–технического прогресса» понятием «инновации». Основной акцент сделан на технической или, точнее, научно–технологической стороне дела – нужны новые технологии, современные специалисты, исследовательские институты – и инновации не заставят себя ждать. Увы, в современном мире это далеко не так. Что-то создать, изобрести, произвести в определенном числе экземпляров (или воспроизвести на примере ряда проектов) – проблемы повышения эффективности экономики и повышения ее устойчивости, с точки зрения решения социально–экономических проблем страны или определенной территории не решает.

«Черт» спрятан в деталях.

Детали, которые обеспечивают процесс инноваций в современной экономике, заключаются не только и не столько в новизне и новационности технических решений, сколько в новизне соединения (зачастую традиционных) производственных и организационно–экономических факторов и условий. Может быть и апробированная технология, и имеющиеся специалисты, но вот формы реализации и сочетания всех условий могут быть совершенно другими.
Увы, в России (и ХМАО не исключение) при решении социально–экономических проблем почти не уделяется внимания обеспечению нового сочетания производственных и организационно–экономических факторов и условий. В итоге получается «старое, но верное» решение – проблемы диверсификации, проблемы повышения научно–технического уровня доверено решать «проверенным годами и испытаниями» организациям. В их роли выступают департаменты Администрации, крупные компании (дайте нам площади и налоговые преференции и мы увеличим объем эксплуатационного и разведочного бурения), холдинги (по сути, региональные совнархозы) и проч.

Переход на качественно новую траекторию развития ХМАО–Югры связан не столько с уходом от нефти ( «сырьевик» – это звучит несовременно!), сколько с формированием инновационно–ориентированной среды. здесь нельзя не упомянуть различные формы интеграции усилий предпринимателей и в целом повышение роли сообщества предпринимателей в создании и утверждении имиджа лучших «бизнес–практик», в поощрении открытости, прозрачности и ответственности при реализации проектов, связанных с получением различных преференций от органов власти, а также с использованием бюджетных средств. Много говорилось о том, что изменение сырьевой базы округа настоятельно требует расширения участия в процессах поиска, освоения и разработки малых и средних компаний. Однако при этом по-прежнему принцип «одна лицензия – одна компания» остается незыблемым. В то же время отмеченная выше особенность требует (как это принято во многих странах мира) и заявительного принципа недропользования (по крайней мере, на стадии поисков и поисково–оценочных работ) и принципа группового участия при предоставлении на право пользования недрами «одна лицензия – несколько недропользователей». Что в этом случае обеспечивается? Более жесткая система взаимной ответственности и в целом антизатратный подход при реализации проектов (конечно, при условии отсутствия аффилированности компаний–участниц). Вы меняете принцип организации и координации и в то же время Вы получаете значительную экономию средств. Последнее особенно важно в условиях растущих издержек и снижения конкурентоспособности российской нефти на внешнем рынке в условиях снижения цен. Такая же ситуация и с новыми методами повышения нефтеотдачи, решением социальных проблем и проч.
Почему, например, не пойти на аутсорсинг услуг решения социально–бытовых проблем нефтяных компаний и не привлечь к этой деятельности компании, представляющие интересы коренного населения территории? К сожалению, реализация не всех из данных подходов зависит от уровня субъекта Федерации. Однако условия согласования лицензионных соглашений позволяют двигаться в данном направлении.

Различные слои бизнес–сообщества должны быть участниками не только процесса обсуждения разработанных в тиши кабинетов концепций, программ и планов, но должны быть и активными участниками процесса на всех его стадиях – от замысла до применения на практике. Тот же кластерный подход решения экономических проблем в мировой практике во многом связан с выявлением и поддержанием условий кооперации различных взаимосвязанных направлений хозяйственной
деятельности. Создание кластеров по инициативе сверху таит в себе большие риски – и экономические, и социальные. Путь решения всех отмеченных проблем видится в создании на территории ХМАО–Югры устойчивого диалога бизнеса, населения и власти. Без учета мнения различных слоев и групп общества история может повториться – не будет ни кластеров, ни инноваций, ни развития, а лишь совершенствование процедур раздела все уменьшающегося бюджетного пирога. Допустить этого нельзя.

Детали, которые обеспечивают процесс инноваций в современной экономике, заключаются не только и не столько в новизне и новационности технических решений, сколько в новизне соединения (зачастую традиционных) производственных и организационно–экономических факторов и условий. Может быть и апробированная технология, и имеющиеся специалисты, но вот формы реализации и сочетания всех условий могут быть совершенно другими.